Высота Леонида Шмаевича
7 груд. 2016 14:45
4444
10 декабря Леониду Шмаевичу исполняется 70 лет. Многие, кто знает этого подтянутого и неугомонного человека, не верят: «70? Леониду Израилевичу? Нет, максимум 55!» Даже в пенсионном фонде, куда бывший гендиректор международной авиакомпании «УРГА» обращался недавно за документами, были удивлены легкости, с которой этот нетипичный пенсионер порхает с этажа на этаж.
Казалось, все, за что берется Леонид Шмаевич, он делает с такой же легкостью и юным азартом. С детства мечтал стать летчиком — и стал, несмотря на пресловутую «пятую графу» и упреждение. Совершил более 11 тысяч часов безаварийных полетов на должности штурмана в Кировоградском летно–штурманском училище Гражданской авиации, которое с отличием закончил, а затем работал на должности заместителя начальника. В первые годы независимости Украины отстоял создание в Кировограде Государственной летной академии, вопреки мощному сопротивлению «верхов» и инертности «низов». А потом вдруг неожиданно для всех перешел на новую работу гендиректора международной авиакомпании «УРГА», которая за 18 лет под его руководством стала одним из самых успешных брендов Украины. Одним словом, все, за что берется Леонид Израилович, просто обречено на успех.
И только Галина Ивановна Кузьменко, его верная супруга и правая рука во всех начинаниях, знает, какой дорогой ценой дается эта видимая легкость. Но повышенное давление и прочие «издержки производства», как правило, остаются за кадром и не выносятся на публику. Ведь путь человека по жизни не всегда усыпан розами…
wingo.com.ua/services/avia/ - Грузовые авиаперевозки
![](/uploaded-image/articleimg/20230925/hwBEykh5.jpg)
Морозным ясным днем 10 декабря 1946 года главный кассир отделения Национального банка в Голованевске тогда еще Одесской области Израиль Шмаевич увез на санках в роддом свою красавицу–жену.
А через несколько часов счастливый отец уже пританцовывал от радости: родился сын! Это было важное событие для семьи, а также для остальных жителей поселка. Леня стал первым ребенком, появившимся на свет в первый послевоенный год — своеобразным символом мирного возрождения страны.
Он рос в атмосфере любви и уважения, рано начал ходить — в девять месяцев. Однажды он нашел молоток и принялся стучать им по всему, что попадалось на пути.
— Хороший знак, — отметил дедушка, который предрек своему внуку судьбу мастера, созидателя.
Так и случилось. Со временем молоток из игрушки превратился в любимый инструмент в умелых руках Леонида. Сегодня у него дома — огромная коллекция всевозможных молотков и молоточков. Сотрудники помнят, как Леонид Шмаевич, надев робу, собственноручно шкурил самолеты, несмотря на должность генерального директора международной авиа–компании и то, что был вхож в кабинеты президентов и премьер–министров.
— Я стараюсь делать все сам: класть плитку, рихтовать машину, красить, штукатурить. Чужими услугами пользоваться не привык, — говорит Леонид Израилевич.
Но вернемся к рассказу о детстве нашего героя. Одним из первых сильных потрясений для шестилетнего Лени стало известие о смерти Сталина.
— В тот день, когда «вождь» умер, долго и заунывно выл заводской гудок, а по радио — голос Левитана: «Умер товарищ Сталин». Помню, прибежала плачущая соседка и говорит: «Если бы я могла, я бы отдала ему свои годы — лишь бы он жил». А дедушка произнес странную фразу: «Было бы гораздо лучше, если он умер еще в утробе матери». Я тогда мало что понимал, но слова деда показались мне очень опасными, — вспоминает Леонид Израилевич.
Вопреки
Многие вещи в жизни Леонида Шмаевича происходили не благодаря, а вопреки обстоятельствам. Однако трудности не сломали его, а только закалили характер. Парень с удовольствием учился в школе, успевая при этом посещать одновременно три кружка в пионерском клубе: танцевальный, фото— и радиолюбителей. Позднее, применив полученные знания на практике, он сконструировал из старого патефона громкоговоритель и «крутил танцы» в Голованевске.
В пятом классе парень захотел научиться играть на трубе, но его не приняли в оркестр.
— Школьный учитель посоветовал мне развивать слух и «прислушиваться, как утром петухи поют», — говорит Леонид Израилевич. — Когда я рассказал об этом отцу, тот отвел меня к уличному слепому музыканту Пухляку и попросил научить меня играть на баяне. Мне купили простенькую шестирядку, я полгода таскал на своей спине и бегал к Пухляку на уроки. Через семь месяцев я уже играл «Турецкий марш» Моцарта, вальс «Дунайские волны», отрывок из балета «Лебединое озеро», танго «Брызги шампанского» и другие популярные произведения. Когда я исполнил их на районной олимпиаде по художественной самодеятельности, тот самый учитель, который не принял меня в оркестр, был сильно удивлен. Впоследствии, играя на выпускных вечерах в школе, я зарабатывал приличные по тем временам деньги — по пять рублей за вечер.
Старенький баян «Креминэ» до сих пор хранится дома у Шмаевичей как реликвия, только играть на нем уже невозможно.
Первый полет
После девятого класса Леня поступил в Одесский кооперативный техникум на факультет холодильно–компрессорных машин и установок. Там он не только всерьез изучал науки, но и занимался спортом. Именно в то время состоялся его первый полет на самолете. В составе сборной Одессы по легкой атлетике юноша летел в Ленинград на борту ТУ–104, на первенство Советского Союза среди юниоров. Здесь произошел курьезный случай, который Леонид описал в своем дневнике.
Из дневника
Леонида Шмаевича, февраль 1965 года.
«Еще во время запуска двигателей я заметил: с крыльями что–то не так. Я подумал, что самолет неисправный, и нажал кнопку «вызов бортпроводника». Пришла стюардесса, я ей сказал, что крылья болтаются. Она говорит: «Ничего, это так положено!» Но я же на механика учусь. Как это, металлические крылья шевелятся? Но все пассажиры были спокойны, поэтому и я перестал волноваться. Во время полета я представлял маршрут: вот мы пролетаем над Украиной, Белоруссией, Россией. Перелет длился 2 часа 30 минут. Мы благополучно приземлились в Пулково».
Вернувшись в Одессу через несколько дней, Леонид сильно переживал, что пропустил занятия. Едва переступив порог общежития, он бросился к однокурсникам: «Дайте конспект по сопромату!»
— Я очень боялся, что отстану. Ведь этот предмет был для нас самым главным. Но, прочитав две пропущенные лекции, понял — ничего страшного не случилось, — признается Леонид Израилевич.
Знание сопромата здорово помогало ему в летном деле, когда нужно было находить выход из безнадежных ситуаций.
Армия с «сюрпризом»
Умение принимать решения и брать ответственность на себя — главные качества лидера. Они еще в юности появились в характере будущего летчика, когда он находился на далеких подступах к будущей профессии. Свидетельствует об этом забавный эпизод, о котором мой собеседник вспоминает с улыбкой.
— Когда я ушел служить в армию, мои родители узнали об этом только через две недели, — рассказывает Леонид Шмаевич. — Мне прислали повестку в военкомат, а я в это время был членом сборной Одесской области по легкой атлетике, занял второе место на кроссе «Правды» — в общем, был гордостью техникума. Меня вызвал директор и говорит: «Военком живет со мной на одной лестничной площадке. Можно уладить вопрос, чтобы до окончания учебы тебя не трогали». Но я хотел отдать дань Родине. В повестке было написано: «Прибыть на место сбора указанного числа». Как я могу не пойти?
Во время ужина в общежитии я объявил однокурсникам, что иду в армию. А на следующее утро я уже был на станции Одесса — Сортировочная с вещами. Когда я служил в ракетных войсках стратегического назначения, мне еще несколько месяцев выплачивали стипендию в техникуме — ценили, наверное, мои спортивные достижения. А первое письмо родителям я написал спустя две недели службы.
Так закалялась сталь
После демобилизации Леонид решил поступать в Кировоградскую школу высшей лётной подготовки Гражданской авиации. Но принимать его не хотели — фамилия не подходила.
— Я был в солдатской форме, когда меня увидел начальник учебного отдела, Феликс Иванович, — рассказывает Леонид Израилевич. — Он окинул меня взглядом и, даже не взглянув на мои документы, сказал: «Вы не поступите!» Но я был кандидатом в мастера спорта по легкой атлетике, побеждал во многих соревнованиях, а в ШВЛП очень ценили спортсменов. Поэтому я обратился к завкафедрой спорта, а он повел меня к начальнику училища Ивану Семеновичу Погорелому. И тот дал мне шанс — предложил показать, на что я способен, на стадионе, в присутствии руководства училища, преподавателей и приемной комиссии — в общей сложности около 20 человек. Феликса Ивановича тоже пригласили.
Возможно, это был своеобразный хитрый ход Ивана Семеновича, который, вопреки директиве не принимать евреев на престижные специальности, не побоялся ее нарушить. Абитуриент Шмаевич пробежал полтора километра за четыре минуты, и этот результат был намного лучше, чем у спортсменов–перворазрядников. Конечно же, его допустили к вступительным экзаменам, которые Леонид сдал блестяще. Это укрепило веру молодого человека в свои силы и торжество справедливости. Хотя это убеждение срабатывало не всегда.
После ШВЛП он закончил летно–штурманское училище, выучился на штурмана эскадрильи для учебных заведений Гражданской авиации. Потом пробовал дважды поступать в Ленинградскую академию Гражданской авиации. Однако ни безупречные знания, ни красный диплом не помогли ему преодолеть антисемитское предубеждение приемной комиссии… ![](/uploaded-image/articleimg/20230925/hUjjNg93.jpg)
![](/uploaded-image/articleimg/20230925/hUjjNg93.jpg)
Никогда не сдаваться
Но сдаваться не в правилах молодого замкомандира взвода, и он решил поменять тактику. Он успешно сдал экзамены в Кировоградский институт сельхозмашиностроения, выбрав специальность «Ремонт автомобилей и тракторов». Ведь, по большому счету, принцип работы двигателей самолета и трактора почти один и тот же. Кроме лекций и семинаров он успевал еще и на занятия в университете марксизма–ленинизма, причем одновременно по двум направлениям. Знания, полученные в институте, очень ему пригодились, особенно когда Леонид Шмаевич через много лет работал на руководящих должностях.
— Я для себя решил: нельзя совмещать руководство предприятием с полетами, — размышляет он. — В истории авиации наибольшее количество катастроф было с руководителями на борту. Я понимал, что летчикам не нужно мешать. Мог что–то подсказать, но не вмешивался в руководство машиной.
Сегодня мало кто помнит, что именно Леонид Шмаевич вместе с экс–народным депутатом Украины Владимиром Панченко стоял у истоков создания в Кировограде Государственной летной академии в 1992 году. Это была почти детективная история со счастливым концом. Комиссия Верховного Совета Украины по вопросам образования и науки посчитала целесообразным создать в Кировограде на базе летного училища Государственную летную академию Украины. Это была огромная победа.
— Я лично докладывал на заседании Верховного Совета, привез сотни документов и таки смог убедить нардепов, что 270 кировоградских высококлассных специалистов летного дела могут и должны воспитывать будущую элиту Гражданской авиации Украины. И первый замминистра образования и науки Валерий Гондюл сказал на этом историческом собрании: «Уважаемые, вопрос решен! В Кировограде будет государственная летная академия Украины!»
Генеральный
Казалось бы, все шло к тому, чтобы Леонид Шмаевич остался работать в учебном заведении, которое отстоял. А он неожиданно для многих взял и ушел с теплого места в никому неизвестную авиакомпанию «УРГА». Следующие 18 лет жизни были связаны именно с этим предприятием, которое под руководством Леонида Шмаевича при непосредственном участии Галины Кузьменко — первого «зама» генерального директора — стало одним из лучших не только в области, в Украине, а и в Европе. Кстати, он отказался от положенной по штату достойной зарплаты, поскольку считал аморальным получать в экономически тяжелые времена больше, чем подчиненные.
За годы его руководства количество рабочих мест на предприятии увеличилось в десять раз, вдвое — парк воздушных суден, действовало более 70 программ социальной поддержки сотрудников. Компания соответствовала международным стандартам, работать в «УРГЕ» считалось престижным.
— Но самая большая гордость для меня — это люди, — говорит Леонид Израилевич. — Семеро моих воспитанников, которые получили старт в авиакомпании «УРГА», сегодня работают на руководящих должностях в ООН. Мой бывший курсант Юрий Киселев — один из лучших в Украине экспертов в авиационной отрасли. Я часто встречаю в разных аэропортах мира наших парней, и все они с теплотой вспоминают годы, проведенные вместе. Пожалуй, для меня это наивысшая похвала и оценка моей деятельности.
Сегодня, на пороге 70–летия, Леонид Шмаевич по–прежнему молод душой — как в любимой песне авиаторов «Главное, ребята, сердцем не стареть!» Он в отличной спортивной и профессиональной форме, востребован и уважаем в Украине и за ее пределами. Всегда на высоте, в теме и расположении духа.
Пожелаем же ему, как и полвека назад, ясного неба и летной погоды!
Людмила Макей